100-летию со дня рождения
Николая Ильича Милошевича (1912–1947),
офицера Тихоокеанского флота, погибшего
на Южных Курилах, посвящается
2 апреля 1879 года на Дворцовой площади Санкт-Петербурга во время ежедневной прогулки императора Александра II прозвучали пять роковых выстрелов, которые до сих пор не расшифрованы. Кто спас российского монарха? Написано об этом много, но в публикациях нет единого мнения.
Перечислим некоторые известные нам статьи в хронологическом порядке.
Современный писатель приводит факты из газеты «Русский инвалид» от 5 апреля 1879, вышедшей через три дня после случившегося: «2 апреля в 9-м часу утра Государь прогуливался по тротуару, прилегающему к зданию Гвардейского Штаба. Ему навстречу с противоположного угла фасада здания вышел человек, выстрелил из револьвера в Государя несколько раз. Проходившие вблизи люди, а равно и городовые немедленно бросились на злоумышленника и схватили его. Божие Провидение сохранило невредимо драгоценные для России дни Государя»1.
Вот еще одно (оставшееся незамеченным) описание произошедшего, на 9-й день после покушения. Сообщение от 11 апреля 1879 г.:
«Государь столкнулся с неизвестным у ворот Гвардейского штаба, тот выпустил в Государя 5 пуль, одна из них попала в щеку проходившего мимо человека. Пуля прошла насквозь, но кости не навредила. На стене здания Гвардейского штаба остались следы 3-х пуль»2.
А вот что писал современник событий – немец на русской службе – о факте покушения:
«Во время своей утренней прогулки Государь недалеко от Зимнего Дворца встретил человека в форменной фуражке. Едва Государь прошел мимо него, как раздался выстрел… Он успел выстрелить еще два раза, прежде чем городовой и прохожие задержали преступника, причем городовой был тяжело ранен»3.
В источниках того времени преобладало ликование по поводу того, что «пуля не коснулась императора»4.
Отметим и книгу, написанную с привлечением воспоминаний народовольцев, подготовивших акт террора, а конкретно, А.Михайлова, создателя организации. «Накануне 2-го апреля террорист Соловьев в последний раз чистил свой револьвер – старенький «смит-вессон» и сломал пружину. Михайлов предложил ему кольт чудовищного калибра, из которого чуть меньше месяца назад Мирский стрелял в шефа жандармов. Это был револьвер для охоты на медведей. В тот день Романов гулял с черным сеттером. Увидев в руках незнакомца большой револьвер, Александр Николаевич не растерялся и стал делать зигзаги, как под обстрелом на передовой. Соловьев – за ним. Менее чем в минуту он израсходовал свои 5 зарядов. Одна пуля попала в капюшон царской шинели, другая ранила в щеку жандарма»5.
И снова фамилия раненного при покушении чина полиции не указана. И опять нюанс: ранен в щеку. Напомним: жандарм — служащий в особых полицейских войсках охраны и сыска.
Обратимся к современному автору книги, заявленной как близкая к документальной. Радует, что там есть отдельная глава, посвященная третьему покушению. Она озаглавлена «Пять выстрелов в императора». Автор исследования описывает охрану более подробно.
«На почтительном расстоянии от императора следовал помощник полицейского пристава Лепишев, в стороне – Кох. Пристав Зиновьев с несколькими помощниками блокировали движение на Дворцовую площадь через Певческий мост… Из-за угла здания вышел человек… выхватил револьвер. Выстрел… Шашка Коха сбила террориста с ног. Этому удару Коха Александр обязан жизнью… На тело набросился вахмистр жандармского эскадрона Рогозин. Преступник делает еще (лежа) 2 выстрела. Одним из них был ранен вахмистр Милашкевич»6.
Городовой, который был тяжело ранен (у фон Пфейля), жандарм, раненный в щеку (у Монахова), вахмистр Милашкевич (у Ковалева), тот, у которого пуля прошла насквозь («Божье чудо над русским народом») – это, несомненно, одно лицо, первоначально замеченный участник спасения императора. У более посвященных авторов это не просто прохожий, а стражник. Ковалев, пишущий о юстиции, впервые для нас назвал чин и фамилию раненого. И при этом основным спасителем назвал Коха с шашкой, которого более ста лет тому назад не упоминал никто из очевидцев. Тогда были первые впечатления, теперь появились первые документы. Но вопросы остаются. И уж совсем нас запутали современные версии типа: «проходившая мимо молочница бросила бидон и кинулась на террориста, обхватив его мертвой хваткой… Тот тоже умудрился укусить молочницу за палец… и был задержал прохожими»7. Интересно, какими же источниками пользовался автор солидного издания, но приведенный им пример относится к разряду анекдотов. Наша история до сих пор, как известная рубрика телевидения – «белые пятна, черные дыры».
Вот талантливый публицист Николай Стариков выводит из тени героя 1879 года:
«Пуля террориста попадает не в царя, а поражает в лицо мирно идущего по площади господина. Залитый кровью, он бросается на стреляющего и не дает ему возможности прицельно стрелять в государя. Тогда убийца Александр Соловьев бросает оружие и пытается скрыться, но подоспевшие агенты охраны его ловят. У случайного прохожего, спасшего жизни императору, пулей пробита щека, лицо залито кровью, перепачкана одежда.
Невероятны гримасы истории, непредсказуемы ее повороты. Фамилия раненого прохожего – Милошевич!!!
Вот так и выходит, то Милошевич спас Россию, а Березовский пытался ее погубить»8.
Стариков – публицист – не назвал источника, но, несомненно, его знакомство с архивами. Версию Коха он отмел, возможно, интуитивно. Он поддержал трактовку апреля 1879 г., разглашенную в первые дни после покушения, сообщенную современниками. И при этом назвал истинную фамилию раненого. Но назвал вахмистра, возможно, одевавшегося как штатский, мирно идущим господином.
Но поясним еще фразу относительно Березовского. Для этого придется нам вернуться к первым двум покушениями на царя.
«20 мая 1867 г. в Париже, когда наш царь ехал в коляске вместе с Наполеоном III, его попытался убить поляк Бржезовский», – писалось в источнике того времени9. Позже эта фамилия будет упоминаться как и у Старикова – Березовский.
А первое покушение было совершено 4 апреля 1866 г. членом московского тайного общества «АД» Дмитрием Каракозовым. Убийца промахнулся благодаря вмешательству случайно оказавшегося рядом крестьянина Осипа Комиссарова. Все получили по заслугам: преступник – казнен, спаситель № 1 – пожалован в дворянство, обласкан самим Романовым.
И вот третья, чудом сорванная, попытка обезглавить российский престол. Смертельная схватка уже не с убийцами-одиночками, а крупной и хорошо оснащенной адской организацией. Царь озадачен, но не напуган, пренебрегает усиленной охраной, не афиширует чрезвычайное положение. Но по определению в свите императора крупнейшей в мире державы не должно было быть случайных прохожих, господ или молочниц с мертвой хваткой. Так, почему же страницы наших изданий пестрят подобными фактами? А скорее анекдотами? Потому что мы ленивы и нелюбопытны, а архивы молчат?
Не был 2-й спаситель Александра II случайным прохожим.
В семье Милошевичей сохранилась легенда об одном из наших предков, заслонивших собой царя. Прошло много времени, пока мы смогли послать запрос в нужный архив. И нам повезло. Предлагаем вашему вниманию отрывки из протокола с показаниями вахмистра Милошевича, рапорта штабс-капитана Коха, копию карты места покушения и семейное фото внуков и правнуков Франца Милошевича.
Протокол
«…Зовут меня Франц Осипов Милашевич, 61 году от роду, вероисповедания лютеранского, под судом не был, грамотен только по-немецки, вахмистр Рижской полиции, командированный в III Отделение Собственной Его императорского Величества Канцелярии… 2-го Апреля настоящаго года, в 9 часов 5 мин. Государь Император изволил выйти на прогулку из главного подъезда Зимнего дворца. В это время я находился у Александровской колонны, от которой первоначально прошел к Комендантскому подъезду, а затем увидев, что Государь Император изволил повернуть по Зимней канавке, я поспешил к Певческому мосту и, дождавшись прохода мимо себя Его Величества, я пошел за Государем шагах в 20-ти расстояния. Когда Е.В. поравнялся с воротами Гвардейского Штаба, то я вдруг около Г.И. увидел неизвестного мне человека, вышедшего, как мне показалось, из ворот Штаба. Человек этот был в длинном пальто, в левой руке держал он форменную фуражку гражданского ведомства с зеленым околышком и кокардою, а правою, внезапно выхватив по-видимому из кармана пальто, револьвер, произвел из него два выстрела, направленные на Г.И. Выстрелы эти следовали один за другим и Г.И. отступивши, сошел с тротуара на площадь.
В это время я успел броситься к преступнику и, когда я находился на линии между Государем и преступником, то преступник выстрелил в третий раз, причем я, д. б. и был ранен в правую щеку. Хотя в то время никакой боли не почувствовал. Сделавши третий выстрел, преступник бросился бежать через площадь, пробежавши некоторое расстояние он, споткнувшись, упал и, поднимаясь, произвел четвертый выстрел. Затем преступник, продолжая бежать по взятому им направлению, достиг почти до тротуара у подъезда князя Горчакова, но тут я, догнав его, успел схватить за пальто и в это же самое время преступник был окружен собравшимся у дома князя Горчакова народом.
Как только преступник был окружен народом, то он произвел пятый выстрел, прямо вверх, после этого выстрела его свалили и задержали, причем, между другими, к преступники подбежал капитан Кох, стоявший до того у подъезда князя Горчакова…
…Только после отъезда Е.В. во дворец, я заметил кровь, которою был облит, течет из раны на щеке. Рана… в настоящее время зажила и от нея остался только глубокий шрам, а по временам я чувствую колотье и из правового глаза часто идет слеза.
Wachtmeister Rigasche Polizei – Verwaltung Franz Milaschewitz».
1879 года мая 2 дня.
Показание отбирал Сенатор Сергей Леонтьев (в присутствии Г. Министра юстиции статс-секретаря Д.Н. Набокова)10.
Из этого протокола явствует, то Милошевич был в самом близком окружении Александра II во время всех пяти злодейских, убийственных выстрелов. Хорошо, что револьвер был пятизарядным, а бой – скоротечным.
Стражник безыскусно, не любуясь собой, сообщил о своих действиях. Да и мог ли низший чин приукрашивать под присягой?
Ключевое слово в его показаниях – «успел». Он успел броситься, успел повернуть ход событий; теперь уже не царь убегает от выстрелов в упор, а бывший учитель Торопецкого уездного училища Псковской губернии А. Соловьев бежит от охраны, спотыкается и чуть не растерзан окружившим негодяя народом.
Причем этот стражник и на героя-то не похож. Он немолод, является ровесником русского царя и, наверно, доверенная ему служба избранных дается непросто. Он – этнический серб, но грамотен только по-немецки, т. к. волею судьбы провел часть жизни вне Родины (м. б., в Австрии), а потом попал в Ригу. Языковой фактор мог осложнить его карьеру, этим, возможно, объясняется его пребывание в тени после покушения. Но недаром опытный вахмистр (предофицерский чин) Рижской конной полиции был прикомандирован к III отделению Собственной Его Императорского Величества (СЕИВ) канцелярии, раз он в свои годы сохранил недюжинную силу, ловкость, профессиональные навыки стража порядка и телохранителя Высочайшей Особы Российской Империи.
Для объективности приводим также выдержки из Рапорта помощника начальника охранной стражи штабс-капитана Карла Коха, поданного на имя шефа жандармов непосредственно в день покушения. Кох перечисляет всех сотрудников, дежуривших в тот исторический день и час: стражники Федоров, Саблин, Бобин, Ларионов, Милошевич, Емельянов, Андреев, пристав Зиновьев; указывает места их расположения (тем самым отметаются версии некоторых исследователей о полном отсутствии охраны у царя. Охранная стража была создана в 1866 году, сразу после покушения Д.В. Каракозова; ее штат включал начальника, двух его помощников, шесть секретных агентов и восемьдесят стражников. При этом в обязанности Охранной стражи, кроме собственно охраны государя, вменялось участие в деятельности системы политического сыска)11.
И вот – момент первого выстрела из пистолета чудовищного калибра. Помощник начальника стражи находится на площадке между зданиями Штаба и Министерства иностранных дел.
«Бросившись к преступнику с обнаженною шашкою по первому же выстрелу, я не успел еще его настигнуть – как он произвел по Государю, направляющемуся к зданию Министерства иностранных дел, еще 2 выстрела. (выделено авторами).
В то мгновение, когда я ударил преступника шашкою по затылку, – он, падая, сделал еще выстрел. Видя, что со всех сторон бегут к нему стражники … и несколько посторонних лиц, чтобы его удержать – я бросился к Государю со словами: «Не ранены, Ваше Величество?».
Государь изволил ответить: «Нет, не ранен. Смотри, чтоб не убежал преступник!».
В это-то время преступник, очнувшийся после нанесенного ему удара, пытался бежать по направлению к арке Главного штаба, но, будучи окружен, произвел еще выстрел и вслед за тем был свален и задержан стражником Андреевым.
Стражник Милошевич ранен был выстрелом, направленным по Государю, так как после первого выстрела бежал навстречу преступнику со стороны Певческого моста»12.
Помощник начальника, с одной стороны, признает заслугу Милошевича, раненного выстрелом, направленным по Государю, с другой стороны, занижает ее, вставляя, как бы между прочим, Певческий мост. И ни слова о том, что стражник стал на линию огня, помешал прицельно стрелять, схватил за пальто. При чем тут Певческий мост?
А раненый утверждал, что начальник подбежал к преступнику, «между другими», что стоял до того у подъезда князя Горчакова, и ничего не пояснил про удар шашкой.
Согласно схеме происшествия, Кох и преступник могли бежать только навстречу друг другу. Непонятно, как при этом офицер мог, настигнув, ударить Соловьева шашкой по затылку? Судя по тому, что народоволец быстро поднялся, удар не был уже ни эффективным, ни своевременным. Показательно, но кто-то назвал оружие Коха просто «шпажонкой».
Т. о., существует как минимум две версии события: раненого стражника и начальника со шпагой. Версия пострадавшего подтверждается допросом 2 мая и описаниями очевидцев и современников покушения, т. е. источниками. Версия начальника, защищающего честь мундира – им самим и последующими исследователями и переписчиками, в основном из художественной литературы. Она и стала хрестоматийной.
Но вот что пишет современный ученый-медик: «Из учебников истории следует, что от выстрелов Соловьева никто не пострадал. При изучении фондов Российского государственного исторического архива установлено, что потерпевший при этом все же был. Им оказался Франц Иосифович Милашевич. По остановке довольно продолжительного кровотечения больному предложено излечение в Придворном госпитале… Рана занимает правую скуловую область, имеет косвенное направление снутри кнаружи и проникает в толщу кожи: входное отверстие дл. 2,5 см, отстоит на 2,5 см. от наружного угла глаза… Доложено Спб-му градоначальнику.»
Раненого осмотрел сам Управляющий придворной медицинской частью и информировал об этом Министра Императорского двора13.
Выписан был Милашевич 21 апреля 1879 г.
Но уже 12 апреля из Капитула орденов Министерства Имперского двора вышло препровождение его медали в III отделение канцелярии С.Е.И.В., а 16 апреля оттуда пришел ответ о вручении Милошевичу золотой медали «За спасение погибавших» для ношения в петлице на Владимирской ленте, плюс 100 рублей из суммы III отделения14. Наверно многие данные об участии в деле Милошевича вводятся впервые.
Карл Кох, как присутствующий при покушении руководитель подразделения, при таком благоприятном исходе происшествия, был щедро награжден, за что наверно, и вошел в историю.
В художественной литературе и интернете (которым не особенно можно доверять) пишется, то Александр III вызвал к себе Коха для доклада, а тот «облобызал руки царя, в течение 15 минут расписывая свои подвиги». Как не воспользоваться таким судьбоносным случаем? Ведь настоящий герой в это время лежал в госпитале и не был еще опрошен. И не признавать же себя не успевшим? И если после 2-го апреля честолюбивый немец проснулся, как говорится, знаменитым, следы вахмистра с сербской фамилией и со шрамом на щеке теряются.
Только честолюбием или интригами начальства объяснить факт забвения подвига самоотверженного вахмистра было бы неправильно. Помнят и знают, например, спасителя №1 Осипа Комиссарова. Почему не знают спасителя №2?
Частично ответ на данный вопрос дает сибирский исследователь В. Шевцов:
«Осип Комиссаров, спаситель царя, имел невероятную известность. Его отец И.А. Комиссаров был немедленно освобожден из ссылки в Енисейской губернии как «отец спасителя Государя». Третий вызов террористов не вызвал почему-то взрыв эмоций и такие последствия… Сообщение (о покушении – прим. авт.) уже не было оформлено в виде экстренной новости. 28 апреля в «Томских губернских ведомостях» лишь указывалось, что в ознаменование дня чудесного спасения жизни его величества жители Бийска открыли подписку на строительство церкви Александра Невского. О попытке взрыва императорского царского поезда 19.11.1879 и о взрыве в Зимнем 12.02.1880 в неофициальной части «Т.Г.Н.» тоже не говорилось ничего»15. И дело не только в неполном использовании или полном отсутствии источников, ореоле таинственности вокруг некоторых событий или лиц. До сих пор неоднозначно оценивается роль политических организаций XIX в. и самого Александра II в истории Российской империи. Его судьба была трагической. Человек, одним росчерком пера освободивший от крепостного рабства 20 млн. крестьян, освободивший балканских славян от турецкого ига, инициатор проведения прогрессивных реформ, в своей же стране был «затравлен, как заяц». То самое третье покушение, ставшее темой нашей небольшой статьи, в 1000-страничном труде о его жизни и царствовании занимает несколько строк. Причем написаны они с удивительным хладнокровием: «при возвращении Александра с прогулки шедший ему навстречу человек… произвел в него 5 выстрелов из револьвера. К счастью, государь даже не был ранен»16.
А почему Е.И.В. не был даже ранен, когда мог быть убит, мы не знали.
1 марта 1881 г., когда царя-Освободителя не стало, Кох в «Записке об убийстве Александра II» написал: «Так померкла звезда моего счастья, а с нею и карьера».
Во время двойного покушения Кох, как признают специалисты, действовал непрофессионально, но вину свалил на полковника Дворжицкого17.
Среди сотрудников охранного подразделения, возглавляемого капитаном К.Кохом, Франца Милошевича уже не было. Нам удалось получить из архива данные о его семье. Родители Франца – Йозеф и Катарина Милашевичи (Milaschevitz). Его назвали Франциус Петрус, год рождения ок.1819.
Первая жена с 27.5.1845 Теофила Теодора Гельвиг (Helwig) 1818 г.р.
Вторая жена – Серафима Евдокимова.
В первом браке родились дети: Мальвина Генриада, Елизавета Эмилия, Казимир Виндентий, Иогнанна Амалия и Вильгельм (Василий) Франц Милашевич (21.5.1852–25.10.1889)18.
У последнего с женой Надеждой Александровной Васильевой было двое детей: Софья Вильгельмовна (Васильевна) (11.12.1875–19.8.1941) и Владимир Вильгельмович (Васильевич) Милошевичи.
Известно, что Вильгельм Францевич тоже служил в охране Его Императорского Величества и штате Санкт-Петербургской полиции. После его ранней смерти дочь, как мы знаем, получала за него пенсию. В 1907 г. она вступила в гражданский брак с банковским служащим, дворянином Ильей Николаевичем Вольховским (14.11.1852–31.7.1914), но дети Лидия, Александра, Наталья, Николай и Елена (они на фото вместе с матерью и ее братом Владимиром) носили фамилию Милошевичей.
Петровская О.Н.
Милошевич И.Н.
Милошевич Л.Н.
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:
- Радзинский Эдвард. Александр II. Жизнь и смерть. М., 2006. с. 351–352. ↩︎
- Божье чудо над русским народом, или Злодейское покушение на драгоценную жизнь царя, Великого русского отца – Миротворителя. М., 11 апреля 1879. ↩︎
- Пфель фон, граф. Последние годы императора Александра II. Из воспоминаний из русской службы 1878–1881 г. Спб, 1908. с. 9. ↩︎
- Сафонов А.П. Царь-освободитель император Александр II. М., 1898. с. 40. ↩︎
- Монахов Дмитрий. Бомба для царя. Охота на Александра II. М., 2009. с. 96–98. ↩︎
- Ковалев В.А. Заложники заблуждения. История российской юстиции. М., 1995. с. 182–184. ↩︎
- Балязин Вольдемар. Династические браки российских монархов. М., 2006, с. 335. ↩︎
- Стариков Н. Кто финансирует развал России? От декабристов до моджахедов. Спб, 2010, с. 58. ↩︎
- Царствование, кончина и погребение царя-отца, освободителя и благодетеля народа, государя Императора Александра II. М., 1881. ↩︎
- ГА РФ, ф. 109, 3 эксп., оп. 1879. д. 206 А. л. 30–30 об. ↩︎
- Лурье Ф. Политический сыск в России. 1649–1917. М., 2006. с. 75–78. ↩︎
- ГА РФ. Ф. 110. оп. 1. Д. 409.л. 8–8 об; 10–10 об. ↩︎
- Молин Ю.Ф. Описание клиницистами огнестрельных повреждений в XIX в. // Ж. «Проблемы экспертизы в медицине». Ижевск. 2005. № 3 (19) т. 5 (июль). ↩︎
- ГА РФ. III эксп. ф. 109, оп. 1879, 206 ч. 1 (2) лл. 95, 96. ↩︎
- Шевцов В.В. Публикации о покушениях на Александра II на стр. «Томских губернских ведомостей» // Вестник Томского Госу-та, 2010, 337, авт. 11–14. ↩︎
- Татищев Сергей. Император Александр II. Его жизнь и царствование. М., 2006. с. 183. ↩︎
- Сысоев Н. Судьба императорского телохранителя. // http://bratishka.ru/archiv/2005/3/. ↩︎
- Государственный исторический архив. Латвийский Национальный архив. Фонды № 1394, 632. ↩︎